Сильные, умные, закутанные
12.12.2011
О судьбе женщин на Ближнем Востоке после арабских революций пишет немецкий журналист Мэтью Фон Рор. Перевод в журнале «Профиль» Владимира Широкова
Запад в замешательстве. В январе и феврале нынешнего года многие с восторгом встречали известия о восстаниях в Тунисе и Египте, и в особенности о той роли, которую сыграли при этом женщины. Мир по-новому взглянул на арабскую молодежь и на арабских женщин; многочисленные фотографы посылали из Египта и Туниса в свои редакции яркие женские фото для постеров революции. Кто-то на Западе в молодых демонстрантах узнавал самого себя. И радовался, что там, далеко, люди не так уж сильно отличаются от нас, как принято считать. Уверенность, что арабы и демократия - вещи несовместимые, была подорвана, равно как и представление об арабских женщинах как о пассивных, притесняемых существах.
Ни в одной из стран "арабской весны" восстание было бы немыслимо без женщин. В Бахрейне они в числе первых вышли на Жемчужную площадь, в Сирии - организовывали женские акции протеста, в Ливии - с самого начала участвовали в движении, а одна из йеменских активисток в этом году даже получила Нобелевскую премию мира. И потому известия последних недель многих так разочаровали. В Тунисе, где начиналась "арабская весна" и где женщины пользуются большей свободой, чем в любой другой стране арабского мира, на выборах большинство получили исламисты. В Египте, вероятно, произойдет нечто подобное, если военные позволят провести действительно свободные выборы. В совете, которому поручили подготовить проект Конституции, нет ни одной женщины. Но в Египте самые худшие посягательства на женщин исходят не от исламистов, а от режима. В марте появились сообщения, что армия "обследует" демонстранток "на девственность" - такую процедуру многие женщины воспринимали как изнасилование.
Неужели женщины боролись за свою свободу, чтобы вскоре лишиться даже тех прав, которыми пользовались при диктаторских режимах? В Тунисе и Египте давно сложился "городской класс" женщин, получивших образование и работающих. Но права женщин являли собой проект элиты, который служил таким авторитарным правителям, как Зин эль-Абидин Бен Али или Хосни Мубарак, средством для достижения их целей. Они вступались за женщин, что позволяло им создавать на Западе иллюзию передовых режимов. Сюзанна Мубарак, столь ненавистная ныне жена бывшего президента Египта, выступала за права женщин - в частности, боролась против чудовищной практики обрезания девочек. Определенных успехов ей удалось достичь, но теперь многие из достижений ассоциируются с ее именем.
В Тунисе представители светской элиты всегда подавали себя скорее как приверженцев европейских, а не арабских ценностей и подражали стилю жизни колониальной Франции. В роскошных предместьях Туниса женщина в короткой юбке уже никого не удивляла, и феминистки этим гордились.
В Тунисе женщины пользуются равными правами с мужчинами практически во всех сферах - они могут подавать на развод, многоженство запрещено, аборты легализованы. Таким положением женщины обязаны Хабибу Бургибе, основавшему светское государство, - своего рода тунисскому Ататюрку. Но это главным образом городской феномен. Как и Турция, Тунис оставался во многом светским лишь потому, что так хотела его элита. В глубинке люди придерживаются консервативных взглядов. Неудивительно, что после падения режимов, рекламировавших себя как западные и светские, на подъеме оказывается другая, исламская модель. Ошибкой было считать, что после недавних революций арабский мир станет "более западным". На деле все наоборот: во многих странах происходит возвращение к собственным ценностям. Если в январе женщина в хиджабе на улицах Туниса была исключением, а не правилом, то уже в июне создавалось впечатление, что половина тунисок носит платок. Многие арабские феминистки с тревогой смотрят на Ирак, где свержение светского тирана пошло женщинам не на пользу и 80% всех школьниц и студенток были вынуждены оставить учебу.
Женщина, которая вечером после победы исламистов на выборах в Тунисе выступила с обращением к западным журналистам, излучала красоту и радость - и говорила от имени победителей. В новом Тунисе никого не будут принуждать к ношению хиджаба, заявила она. На ней платок был цветной, обрамлявший лицо с макияжем. Она казалась независимой и умной. На вопрос, что для женщин означает приход исламистов, она отвечала, что не видит никакого противоречия между исламом и правами женщин. Такова Сумайя аль-Ганнуши - дочь предводителя исламистской партии "Ан-Нахда", одержавшей победу на выборах. Она росла в Лондоне, где ее отец больше двадцати лет жил в эмиграции. Там она работала журналисткой - в частности, публиковалась в газете The Guardian. Политически активная, самостоятельная, исповедующая ислам женщина поддерживает движение, возглавляемое отцом, как и ее сестра Интисар, работающая в Лондоне адвокатом. Все четыре дочери Рашида аль-Ганнуши не хотят вписываться в западные представления о порабощенных арабских женщинах. Женщины, способные самостоятельно распоряжаться своей судьбой, не обязательно должны выглядеть так, как их представляет себе западный человек, - это и есть эмансипация по-мусульмански.
Исследователи из организации Carnegie Endowment еще несколько лет назад "открыли" это явление - в частности, в среде египетских сестер-мусульманок. Даже в этом консервативном лагере есть новое поколение уверенных в себе активисток, получивших образование, отстаивающих свои права и требующих для себя права голоса в собственной организации. Многие из них прошлой зимой принимали участие в демонстрациях, шли в первых рядах. И теперь они вновь выходят на улицы - вместе с демонстрантками, выступающими за светское государство. В то же время в стране усилилось влияние радикальных салафитов - мусульман-фундаменталистов, мечтающих, чтобы женщины сидели дома и ходили закутанными с головы до ног. Правда, в Египте салафиты не пользуются поддержкой большинства. А другая исламистская партия, "Братья-мусульмане", которой, вероятно, и достанется победа на выборах, в своем отношении к женщинам демонстрирует большую прагматичность. При всей их консервативности не стоит ожидать, что "Братья-мусульмане" станут интерпретировать законы ислама по примеру Саудовской Аравии, столь недружественной по отношению к женщинам.
В Тунисе исламисты, возглавляемые Рашидом аль-Ганнуши, выказывают большую благосклонность к женщинам, чем где бы то ни было. Во время избирательной кампании они заверяли, что не станут посягать на равноправие полов, а о многоженстве и обязательном ношении хиджаба не хотят даже и слышать. В качестве примера они называют Партию справедливости и развития - умеренно исламистскую правящую партию Турции. И все же их успех на выборах ободрил многих в лагере консерваторов: из Туниса тоже поступают тревожные вести. Женщины жалуются, что прямо на улицах сталкиваются с критикой своей манеры одеваться. А в университетах преподавательницам, якобы одетым неподобающим образом, вход в аудиторию преграждают студенты мужского пола.
Источник: profile.ru
